
BRANDON SALLER в недавнем интервью ответил на вопрос, что для него было сложнее всего, когда он оставил барабаны и стал новым вокалистом ATREYU: «Думаю, всё дело было в том, чтобы адаптироваться к роли в этой группе. У меня вообще ощущение, что это тот самый случай “всё происходит не просто так”. Когда ATREYU взяли паузу, я собрал группу HELL OR HIGHWATER, где был фронтменом. Мы поехали в туры с STONE SOUR, THE DARKNESS, AVENGED SEVENFOLD, даже с SEVENDUST. И я, только начав как фронтмен, смотрел на всех этих офигенных вокалистов и думал: “Окей, так вот как это делается. Вот как работать с публикой”. В итоге я научился — и когда пришло время делать это уже в ATREYU, у меня был опыт. Оставалось только привыкнуть к энергии парней на сцене. Ну и у нас внутри группы отличная поддержка — все меня подбадривали, придавали уверенность. Это тоже сильно помогло. В общем, всё получилось как надо. Я вообще всегда был чем-то вроде Lars'a [Lars Ulrich] — мне хотелось встать и ходить вокруг установки. Иногда смотришь и думаешь: “Lars, сядь уже”, но он просто ловит вайб. Я всегда был таким барабанщиком — стоял на стуле, двигался. А тут я ещё и пою, так что люди смотрят на меня больше, чем на обычного барабанщика. Я всегда хотел быть более активным. А когда ты уже впереди сцены, ты гораздо сильнее взаимодействуешь с публикой, чувствуешь её. Это кайф. Мне реально нравится!» На вопрос, была ли у него уверенность в своих силах, когда он стал фронтменом ATREYU, Brandon ответил: «Я хотел сделать так, чтобы у людей не было повода дое$$$ся. Хотел выглядеть и звучать так, чтобы человек подумал: “Окей, тут нечего сказать”. Хотя такого не бывает — особенно в интернете, где полно мудаков. Но у меня в голове было что-то типа: “Я должен выйти и сделать что-то, к чему не прикопаешься”. Нравлюсь я тебе или нет — ты хотя бы можешь уважать то, что я делаю. И дальше я начал больше скримить. С Porter'ом [Marc McKnight] вообще смешно — у него безумный голос, нам этого даже было не особо и нужно, но у меня было что-то внутри из серии: “Я тоже хочу показать, что могу”. Я бы не сказал, что прям переживал — я был уверен в себе. Но в голове всё равно сидело: “Ты должен быть ох$$$но хорош — иначе тебя разнесут”. Хотя, давай честно, разнесут в любом случае. Alex не в группе уже лет шесть — и всё равно: “Верните Alex'a”. Это как если бы тебе друг сказал: “Мне твоя бывшая больше нравилась”. Чувак, мы шесть лет как развелись — двигайся дальше. Но всегда будут эти 150 человек, которые будут писать одно и то же до конца времён». Говоря о негативе в интернете после изменений в составе, Brandon добавил: «Иногда это даже смешно — люди пишут так, будто это факт. Типа: “Группа умерла без Alex'a”. А мы такие: “Чувак, мы в туре с IRON MAIDEN. Походу, не умерла”. Или: “Группа умерла” — а у нас самый популярный трек на радио за неделю. Ну камон! Но это просто какой-то один идиот в интернете. Никто не слушает. Никому не интересно. Мне больше всего нравится, когда начинают проходиться по внешности. Я прекрасно понимаю, что я не типичный фронтмен — я здоровый мужик, а не какой-нибудь худой мальчик в узких джинсах. И когда кто-то пишет: “Ты жирный”, я иногда отвечаю: “Серьёзно? Это и все, на что способен? Ладно, а я расскажу твоей маме — она будет разочарована”». На вопрос, общаются ли они сейчас с Alex'ом, Brandon сказал: «Нет. Думаю, так всем лучше. Конечно, я иногда представлял, что будет, если мы случайно пересечемся — на концерте или в магазине. Когда-нибудь я бы хотел с ним поговорить — просто обсудить всё, что было. Не обязательно становиться друзьями, но закрыть этот вопрос. Я не хочу носить в себе негатив. Это нездорово. И мы этого не делаем. Я всегда открыто говорил о том, что он делает. Я даже купил футболку его группы DEAD ICARUS и ношу её. Это круто — он делает своё дело, это делает его счастливым. Пусть делает музыку, которую хочет. Я думаю, главное — быть счастливым. И, честно, мне кажется, сейчас обе стороны гораздо счастливее, чем раньше. Так что я желаю ему только всего лучшего. Мы все желаем этого!»