COREY TAYLOR о том, как увидел SLIPKNOT в 1996

COREY TAYLOR в недавнем интервью вспомнил свой первый концерт SLIPKNOT, который он посетил в 1996 году — примерно за год до того, как сам стал фронтменом коллектива. «Я основал STONE SOUR в 1992 году и играл в группе до тех пор, пока не присоединился к SLIPKNOT в 1997-м. Какое-то время я жил в Денвере, а потом вернулся домой. И все вокруг только и говорили о новой группе, которую собрали местные музыканты. Я знал всех участников SLIPKNOT, потому что был знаком с их предыдущими коллективами. Все говорили: "Они играют 4 апреля". Помню это так, будто было вчера. По-моему, это было 4 апреля 1996 года. Я подумал: "Отлично, наконец-то посмотрю". Никто тогда не представлял, чего ожидать. Концерт начался с очень длинного интро, и мне это сразу понравилось. Я стоял прямо перед сценой и думал: "Не могу дождаться начала". И вдруг музыканты появились... не на сцене. Они буквально проползли сквозь толпу с задней части зала. Мы все переглядывались: "Что вообще происходит?" А потом они один за другим взобрались на сцену. Я только и смог подумать: "Черт... Да что это вообще такое за...?"» По словам Taylor'a, выступление произвело на него огромное впечатление. «От них исходило настоящее ощущение угрозы — в хорошем смысле этого слова. Мы все выросли на экстремальной музыке: хардкоре, панке, металле — да вообще на всем подряд. Но в Айове этого всегда было мало. Нам всегда хотелось еще тяжелее, еще быстрее, еще безумнее. Они вышли на сцену, Clown сделал сальто, а Джоуи одновременно начал молотить бласт-бит, вокруг стоял сплошной гитарный фидбэк… Все играли одновременно. Это было настоящее безумие. И я подумал: "Мне это чертовски нравится". Ничего подобного я раньше не видел. И именно тогда мне совершенно отчетливо пришла в голову мысль: "Я стану вокалистом этой группы". Никогда до этого такого не было. И никогда после тоже. Помню этот момент абсолютно ясно. Я подумал: "Я буду петь в этой группе". А затем сам себе удивился: "Подожди... Что?"» Отвечая на вопрос, считал ли он тогда, что способен стать фронтменом такой экстремальной группы, Corey сказал: «STONE SOUR тогда были гораздо более мелодичной командой. Не сказал бы, что это был почти авторский рок, но это был гранж, альтернатива. Конечно, тяжелые элементы присутствовали, потому что именно такую музыку я тогда слушал, но в целом материал был более риффовым и безопасным. В SLIPKNOT ощущалось влияние KORN, но одновременно там были SLAYER, MINOR THREAT и даже хип-хоп. В этом и заключалась их сила — они соединяли все эти элементы в одно целое. Это было настоящее безумие. Там уже тогда играли невероятные музыканты. Еще до того, как мы с Jim'ом присоединились к составу, Mick был потрясающим гитаристом, Джоуи — просто сумасшедшим барабанщиком. Каждый в группе был по-своему уникален. Позже я понял, что всех их объединяло одно качество — невероятный голод до музыки. Это были те самые парни из своих предыдущих групп, с которыми я пересекался на концертах для двадцати человек по воскресеньям, где никто ничего не зарабатывал. Именно они были людьми, которые говорили себе: "Я буду заниматься этим всю жизнь, несмотря ни на что". Уже на следующий вечер мы играли концерт со STONE SOUR, и я подошел к ребятам из SLIPKNOT со словами: "Запрыгивайте к нам". Вот так получилось, что STONE SOUR и SLIPKNOT однажды сыграли вместе. Это было дико круто. Мы уважали друг друга. Конечно, между нами существовало соперничество, но именно оно позже и привело их ко мне. Они уважали меня, я уважал их. В какой-то момент они пришли ко мне и сказали: "Послушай, мы собираемся добиться своего. Мы знаем, что у нас получится. Нам нравится то, что ты делаешь, и мы хотим, чтобы ты стал частью проекта. Ты с нами?"» Taylor также отметил, что участники SLIPKNOT видели, насколько серьезно он относился к своему делу. «Когда я не работал — а тогда у меня было сразу две работы, — я расклеивал афиши следующего концерта STONE SOUR. Забирался на путепроводы, крепил огромные самодельные плакаты, которые мы расписывали баллончиками с краской. Они видели, насколько я вкалывал. А я видел то же самое в них. Сейчас странно говорить об этом, но, наверное, все действительно было предопределено».